Неравный брак

Назад

Неравный брак

Принято считать, что у Айвазовского было три любимых женщины. Две были его женами, а таинственная история еще одной его любви - то ли быль, то ли легенда. Точно можно сказать, что ловеласом художник не был, чем немало огорчал очарованных его внешностью, обаянием, и, что уж скрывать, успехом и достатком барышень. Красивая история о Марии Тальони, несчастливый брак с Юлией Гревс, счастливая поздняя любовь к Анне Саркисовой…

125244547_86242392_32

Айвазовский с женой и дочерьми

«Неравный брак».

Женился Иван Константинович в 1848 году. Художник настолько вошел в моду, что самые высокородные семьи были готовы отдать за Айвазовского дочерей, несмотря на его низкое происхождение. Дело было в Петербурге. Как – то раз Ивана Константиновича зазвали на вечер в дом, где дожидались выданья две девицы. Пришел и давний приятель художника — Глинка. Мало кто знает, что однажды Айвазовский при нем сыграл на скрипке, поставленной на колено, что-то из своего феодосийского детства, и композитор использовал эти «дикие напевы» в опере «Руслан и Людмила». С тех пор к Айвазовскому Глинка испытывал нежнейшую привязанность. И не отказался сыграть для него на том вечере. Послушать великого композитора привели даже младших детей в сопровождении гувернантки. Ни глухое темное платье, ни строгая простая прическа не могли скрыть ее утонченной красоты. Музыку Глинки девушка слушала жадно, казалось, что она старается вобрать в свою душу каждый звук. Наутро Айвазовский снова явился в тот дом, наделав переполоху барышням. Удалось выяснить, что прекрасную гувернантку зовут Юлия Гревс, и  она дочь осевшего в Петербурге англичанина-врача. Чтобы встретиться с ней, Иван Константинович предложил девицам и их младшим сестрам уроки живописи. Как и предполагалось, дети явились на урок с Юлией Яковлевной. Так и начались их ежедневные встречи, когда Айвазовский и слова не смел сказать возлюбленной. Но однажды он решился и незаметно вложил в руку гувернантке письмо с признанием. Вспыхнув, та вышла из комнаты, а когда вернулась, произнесла, прямо глядя ему в глаза: «Я согласна».

Семья-блог

Известие о том, что Айвазовский предпочел гувернантку самым именитым светским невестам, вызвало в Петербурге настоящую и неприятную для многих сенсацию. Впрочем, едва обвенчавшись, молодые уехали в Феодосию. Художник поспешил увезти жену подальше от разговоров светской публики о том, что партию он выбрал, мягко говоря, неудачную. Айвазовский напишет:

«Женился 15 августа 1848 года на Джулии, дочери Якова Гревса, англичанина-лютеранина, однако венчался в армянской церкви и с условием, что дети мои от этого брака тоже будут крещены в армянской святой купели», – сообщает Айвазовский Эчмиадзинскому Синоду.

В Феодосии молодым закатили такой свадебный пир, каких отродясь не видывали на севере: дорогу устилали ковры из живых цветов, джигиты состязались в скачках, перед балконом на ярком ковре музыканты сменяли танцоров. Но вдруг музыку заглушили изумленные крики: в феодосийскую бухту вошла эскадра из Севастополя, шесть кораблей встали на рейд и зажгли иллюминацию. Присутствовал среди гостей и постаревший, но все еще бодрый Александр Иванович Казначеев. Айвазовский воскликнул:

«Столь много радости в день празднования свадьбы предвещает нам долгую счастливую жизнь!»

После венчания свадебный кортеж из нескольких экипажей направился в Шейх-Мамай, имение художника, где новобрачных и гостей ждало пиршество. На полдороге, идущей через лес, навстречу вымахнул целый отряд наездников-джигитов. Кортеж был не на шутку напуган: решили, что это разбойники. Но их предводитель, сойдя с коня, подошел к экипажу молодых и, открыв дверцу, поздравил жениха и невесту, и положил ей на колени красивый платок. Пожелав счастья, он взлетел в седло и был таков. То был известный на всю Феодосию и округу Алим Азамат-оглу, прославившийся как Алимка-разбойник, крымский Робин Гуд.

В Шейх-Мамае им закатили несказанный пир, каких на севере не видывали отродясь: дорогу устилали ковры из живых цветов, джигиты состязались в скачках, музыканты сменяли танцоров. А в Феодосийскую бухту вошла эскадра из Севастополя, и шесть кораблей, встав на рейде, зажгли иллюминацию.

 «Последний романтик».

Живопись Айвазовского сороковых-пятидесятых годов отмечена сильным воздействием романтических традиций К. П. Брюллова, сказавшихся на живописном мастерстве художника. Подобно Брюллову, он стремится к созданию грандиозных красочных полотен. Очень ярко это отразилось в батальной картине "Чесменский бой", написанной им в 1848 году, посвященной выдающемуся морскому сражению. Бой изображен в ночное время. В глубине бухты видны горящие корабли турецкого флота, один из них — в момент взрыва. Охваченные огнем и дымом, в воздух летят обломки корабля, превратившегося в пылающий костер. На переднем плане, темным силуэтом высится флагман русского флота, к которому, салютуя, подходит шлюпка с командой лейтенанта Ильина, взорвавшего свой брандер среди турецкой флотилии. На воде можно различить обломки турецких судов с группами матросов, взывающих о помощи, и другие детали.  

f48chesmen

"Чесменский бой"

Вклад Айвазовского в батальную живопись значителен. Он запечатлел эпизоды Севастопольской обороны, неоднократно обращался к героическим подвигам русского военно-морского флота:

"Каждая победа наших войск на суше или на море, — писал художник, — радует меня, как русского в душе, и дает мысль, как художнику изобразить ее на полотне...".

Айвазовский был последним и самым ярким представителем романтического направления в русской живописи. Его лучшими романтическими произведениями второй половины 40 — 50-х годов являются: "Буря на Черном море" (1845), "Георгиевский монастырь" (1846), "Вход в Севастопольскую бухту" (1851). Вклад Айвазовского в батальную живопись значителен. Он запечатлел эпизоды Севастопольской обороны, неоднократно обращался к героическим подвигам русского военно-морского флота: "Каждая победа наших войск на суше или на море, — писал художник, — радует меня, как русского в душе, и дает мысль, как художнику изобразить ее на полотне...".

Вход_в_Севастопольскую_бухту_1852

"Вход в Севастопольскую бухту"

 «Рождение дочерей».

Первая из дочерей – Елена – появилась на свет в июне 1849-го в Петербурге. Радости семейной жизни с рождением дочурки переполняли Айвазовского настолько, что в одном из писем другу он откровенно признался:

«Теперь я спешу сказать вам о моем счастье. Правда, я женился, как истинный артист, то есть влюбился, как никогда. В две недели все было кончено. Теперь … говорю вам, что я счастлив так, что не мог представить и половины этого. Лучшие мои картины те, которые написаны по вдохновению, так, как я женился».

Картина «Девятый вал», написанная за пять дней, снискала художнику мировую известность. На полотне ранее утро после штормовой ночи. Лучи солнца высветили бушующий океан и громадный «девятый вал», готовый обрушиться на ищущих спасение на обломках мачт потерпевших.

Свой «Девятый вал» Айвазовский выставляет в Петербурге. Ходили смотреть на шедевр толпами. 22 января 1851 года прямо на выставке ему вручают телеграмму о рождении дочери Марии.

devyaty-val

"Девятый вал".

Летом Николай I со свитой отплыл на пароходе «Владимир» в Севастополь. Художник Карл Лемох писал об этом плавании:

При путешествии по морю на колесном пароходе царь брал с собой и Айвазовского. Стоя на кожухе одного пароходного колеса, царь кричал Айвазовскому, стоявшему на другом колесе:

«Айвазовский! Я царь земли, а ты царь моря!»

В другое лето в семье «царя моря» снова радость – появляется дочь Александра.

«Поездка в Харьков».

В начале 1853 года, во время земляных работ, в Феодосии были найдены римские и греческие античные предметы. Юлия, счастливая жена художника, зажглась желанием заняться поисками древностей, вовлекая в это и мужа. Министр уделов и управляющий делами Его Величества граф Лев Перовский выдал супружеской чете разрешение на археологические раскопки. В июле Айвазовский сообщал графу:

«Нашли просто под землей в золе золотую женскую головку самой изящной работы и несколько золотых украшений, как видно с женского наряда, а также куски прекрасной этрусской вазы».

Муж с женой были поглощены работой. Юлия просеивала землю, выбранную из захоронений, следила за сохранностью находок, составила их каталог и сама же упаковала все для отправки в Петербург. Вместе они раскопали 80 курганов.

Осенью 1854 года, в разгар Крымской войны между Россией и Турцией, когда Севастополь героически отбивал атаки врага, возникла опасность нападения и на Феодосию. Айвазовский с семьей, прихватив и 70-летнюю мать, перебирается в Харьков. В январе в здании местного университета открылась выставка работ Айвазовского. Средства, вырученные от продажи входных билетов, он передал в фонд помощи раненым в Крыму. Боялся он не за себя, а за детей, жену и старушку мать, поэтому, взяв свою семью, он перебирается в Харьков. Почему именно сюда? Сам Айвазовский, неисправимый провинциал, пишет:

"Мы и остановились в Харькове как ближайшем городе к югу и недорогом для скромной жизни. Нас все ласкают, как в своем городе".

Харьковчане, зная Айвазовского не только как известного художника, но и как доброго и душевного человека, действительно приняли его очень тепло. Когда встал вопрос - где поселить Айвазовского с семьей - харьковский художник Рымаренко находит для него комнаты на улице Екатеринославской (ныне Полтавский Шлях), в доме статского советника Калиниченко. Там же разместилась и мастерская Айвазовского. Приглашение туда среди горожан считалось большой честью. В этой мастерской художника посетили великие князья Николай и Михаил, которые были проездом в Харькове. Но вне зависимости от ранга посетителя, разговоры, коснувшись искусства, переходили на другую тему. Крымская война - вот что волновало всех в ту зиму. Здесь, в Харькове, художник пишет картины, воспевающие подвиги героев-черноморцев, среди которых были его хорошие знакомые. Нахимов, Корнилов, Лазарев - для Айвазовского это не просто имена героев. а люди, с которыми он не раз ходил в плавание.

picfull2_538772976add5

"Вечер на Украине"

В январе 1855 года в здании Харьковского университета открылась выставка работ Айвазовского. Художник объявил ее благотворительной - все средства должны были пойти на лечение раненых в Крыму. Вслед за этим событием в Доме Дворянского собрания проводилась лотерея в пользу Харьковского благотворительного общества, и художник в благодарность городу, так тепло его принявшему, предложил три своих рисунка. Так, в трудах и заботах, прошла зима. А первая харьковская весна пробудила в нем совершенно неожиданные, и, казалось бы, давно забытые воспоминания…

Продолжение следует.... В следующей статье Вы узнаете о тайне розовой туфельки.




Вместе с этим читают:

Айвазовский 200 лет: "Баловень судьбы - И.К. Айвазовский"

Айвазовский 20 лет: "Путешествие по Европе и возвращение в родной дом"